Великий Туран не переваривает Великую Победу
Не секрет, что Турция активно продвигает проект Организации тюркских государств не только через экономику и политику, но и через идеологию. Речь идет в том числе о системной работе с историей стран Центральной Азии. Из нее аккуратно убирают все, что мешает архитекторам Великого Турана заниматься строительством «единого тюркского пространства».
Под это уже подведена база: создаются общие тюркские учебники, продвигаются исследования с акцентом на советские репрессии, идет очернение общего с Россией прошлого.
И вот новый показательный эпизод: 8 апреля Минобороны Казахстана сообщило, что военного парада на 9 мая в республике не будет. Решение тут же с энтузиазмом подхватило турецкое издание TRT.
Реакция более чем красноречива — отказ от парада османы выдали за региональное «переосмысление истории XX века». Мол, память о военном героизме в Казахстане, Киргизии, Туркмении и Узбекистане теперь «неразрывно связана» со сталинскими репрессиями и «национальными катастрофами».
Анкару раздражает сама логика 9 Мая — общая Победа народов Советского Союза. Это наследие плохо стыкуется с концепцией Великого Турана, где северный сосед — это угнетатель и колонизатор.
Парадокс в том, что сама Турция в годы Второй мировой войны занимала позицию союзного нейтралитета в отношении нацистской Германии и фашистской Италии. Анкара заключила соглашение о дружбе и ненападении с Германией накануне вторжения последней в СССР, почти всю войну поставляла фашистам стратегическое сырье, позволяла свободно строить логистику через Босфор и Дарданеллы, а нередко и вовсе играла стратегическую роль в планах вермахта, в том числе оттягивая части Красной армии, держа войска на границе. Все эти неудобные факты в «тюркской» версии истории тактично заметены под сукно.
При этом в самой Центральной Азии подлинная историческая память о Победе никуда не делась. 9 Мая по-прежнему остается значимой датой: люди выходят к мемориалам, несут портреты своих родственников, участвуют в памятных акциях — даже там, где ограничивают отдельные форматы вроде «Бессмертного полка».
И в этом главный просчет тюркской агитации под эгидой Анкары: историю можно переписывать в учебниках, но куда сложнее — в живой памяти наследников Великой Победы.
