Сопоставим иранскую концепцию «царской благодати» (хварно) с месопотамской царственростью «нам-лугаль», а затем проследим, как эти идеи связаны с библейским откроверием четырёх царств и русской идеей «Москва — Третий Рим».
1. Месопотамский исток: «нам-лугаль» царственность, как небесная субстанция
В первой цивилизации Шумере и Аккаде впервые сложилось представление о царственности как о самостоятельной сущности, существующей до правителя. Это позволило появиться Шумерской цивилизации, это дало возможность объединять многие города и большие разнородные сообщества.
Шумерский термин нам-лугаль («царственность») фигурирует в «Царском списке» именно как переходящий дар: «Царственность была в Кише, затем царственность перешла в Урук…» .
Этот дар имел материальные регалии — жезл, венец, трон, которые также считались божественными и «спущенными с небес». В аккадский период идея укрепляется: царь становится не просто военным вождём, а наместником бога на земле. Однако в Месопотамии отсутствовала идея единого мирового царства; власть переходила от города к городу, от династии к династии, но всегда оставалась в пределах одного культурного региона.
2. Иранское преломление: «хварно» и три сына Фаридуна
Иранцы, придя на Иранское нагорье, восприняли многие месопотамские представления, но переработали их в своей духовной традиции. Центральной становится концепция хварно (авест. xvarnah; среднеперс. xwarrah) — «царская слава», «благодать», «нимб власти». Это божественный огненный ореол, который нисходит на праведного царя и покидает его, если он впадает в грех или ложь .
В «Шахнаме» этот принцип воплощён в истории Фаридуна:
· Фаридун получает хварно от Ахура-Мазды за победу над Заххаком (олицетворением лжи).
· Раздел мира между тремя сыновьями — это не просто политический акт, а сакральное распределение: каждый сын получает свою землю, но младший, Эрадж, наделён особым хварно, так как именно ему предназначено быть хранителем «сердца царства» — Ирана.
· Когда Салм и Тур убивают Эраджа, они не просто нарушают волю отца — они теряют хварно. Их потомки (румийцы и туранцы) становятся противниками, но никогда не получают полной благодати, ибо убили её носителя.
Таким образом, иранская версия «перехода царственности» оказывается более устойчивой: благодать не переходит от Ирана к другим народам, а остаётся привязанной к Ирану как к сакральному центру. Другие народы (Рум, Туран) могут временно властвовать, но не получают полного хварно — они лишь «младшие братья», отпавшие от истины.
3. Библейская схема: четыре царства и камень
Пророк Даниил, живший при вавилонском дворе, явил откровением о мировой истории. В его видениях возникает принципиально новая структура:
· Царства сменяют друг друга не по циклу, а линейно, в порядке ухудшения (золото серебро медь железо глина).
· Все эти царства — человеческие, и они будут сокрушены одним-единственным вечным Царством Божиим, символизируемым камнем, оторвавшимся от горы без содействия рук .
Христианская экзегеза (Ипполит Римский, Иероним, а позже византийские историки) отождествила эти царства с конкретными империями: Вавилон, Персия (Ахемениды), Греция (Македония и эллинизм), Рим . При этом Рим понимался как последняя мировая империя, которая в лице пииемников (2-го и 3-го Рима) будет существовать до Второго пришествия. После её падения наступит эсхатологическое Царство.
Именно здесь возникает знаменитая концепция translatio imperii (перехода империи), которую позже исповедывали и византийцы, и русские мыслители. Согласно ей, Римская империя не исчезла окончательно, а переместилась: сначала в Константинополь (Второй Рим), затем — после падения Византии — в Москву (Третий Рим).
4. Ахемениды как «первый Рим» и русская идея
В рамках этой преемственности Ахемениды могли бы считаться «Первым Римом» (до Рима собственно. Александра Македонского сами иранцы называли последним "Ахменидом"), а Россия — продолжателем той же линии.
